|
МОНЕТАРНАЯ ПОЛИТИКА
В ближайшие годы Украина обречена на импортированную инфляцию издержек. Инструментами борьбы с этим явлением могут стать стимулирование инноваций и отказ от жесткой привязки гривни к доллару
Повышение потребительских цен за январь-ноябрь (на 14,2%) указывает, что инфляция по итогам этого года превысит самые пессимистичные прогнозы. При этом ни попытки административного регулирования цен, ни уменьшения темпов роста денежной массы не оказывают воздействия на инфляционную динамику. И это вполне закономерно, ведь фундаментальная причина инфляции — отставание темпов роста производительности труда от темпов роста доходов населения. По данным Министерства экономики, в нашей стране соотношение увеличения производительности труда и повышения зарплат ниже порогового значения. Инфляционным процессам также способствует чрезмерно высокая энергои ресурсоемкость отечественной экономики. В условиях доминирования импортированной инфляции издержек самым простым решением может стать номинальная ревальвация гривни. Но если страна пойдет по этому пути, она может угодить в несколько ловушек, считает директор Института экономики и прогнозирования Национальной академии наук Украины Валерий Геец.
— Валерий Михайлович, сравнительные данные по паритету покупательной способности свидетельствуют, что курс гривни к доллару действительно занижен. Стоит ли нам идти по пути некоторых стран Азии и Латинской Америки и придерживаться стратегии заниженного обменного курса национальной валюты? Или в нынешних условиях повышения цен лучше позволить гривне укрепиться?
«Инфляционное таргетирование — не просто технология расчетов, это серьезная смена экономической политики»
— Попадая в какую-либо не слишком приятную ситуацию, страна прежде всего пытается сыграть на курсе. Иным способом государства, технологически отстающие от лидеров, не в состоянии обеспечить свою ценовую конкурентоспособность. Приведение курса в соответствие с паритетом покупательской способности может обернуться множеством проблем, в том числе приближением к банкротству некоторых предприятий, особенно работающих на экспорт, безработице. Когда уровень последней достигает двадцати процентов, это говорит о социальной нестабильности. В этом случае уже приходится задумываться, как сохранить социальную и политическую стабильность. Стоит ли нам идти по этому опасному пути без оглядки на результаты? По-видимому, нет. На мой взгляд, единственная правильная стратегия связана с перспективами технологической модернизации.
— Сторонники ревальвации выдвигают следующий аргумент: зачем привязывать гривню к слабеющей валюте?
— Привязка к доллару, евро или корзине валют — это уже вопрос техники. Причем привязка к корзине валют более надежная. Но и здесь все не так однозначно, ведь направления экспорта и импорта, а также удельные веса стран постоянно меняются. Технология обеспечения привязки к корзине валют не так проста, как кажется. Кроме того, нет полной уверенности, что доллар будет слабеть. На этот счет существуют различные прогнозы. По мнению одних аналитиков, американскую валюту ожидает крах, другие, наоборот, считают, что в 2008-м она начнет отыгрывать позиции, и через год курс евро к доллару достигнет 1,35–1,40.
— Какие аргументы в пользу этой версии?
— Американская экономика растет, хотя этот рост будет замедляться до полутора процентов в год. Кроме того, по последним прогнозам цены на нефть и газ в среднесрочной перспективе достигнут заоблачных высот. Так, нефть со временем будет стоить двести шестьдесят долларов за баррель. При этом уже в следующем году она может подорожать до ста двадцати долларов. Долгосрочные прогнозы также говорят о серьезном конфликте между производством продуктов питания и биоэнергетикой. По этому поводу есть много неопределенностей, но Соединенные Штаты подготовлены к ним лучше, чем другие страны.
— Этот конфликт означает, что будут дорожать и топливо, и продукты питания? Получается, весь мир обречен на инфляцию?
— Да. И Украине придется участвовать в этой гонке, но желательно так, чтобы, с одной стороны, избежать социальных проблем, а с другой — обеспечить технологическую модернизацию. Проще всего было установить курс гривни на уровне 5,05 и держаться за него десяток лет. Но так не может продолжаться, и в этом трудности жизни малой открытой экономики.
— Существуют ли механизмы защиты от импортируемой инфляции?
— Это высокая инновационная активность. Она обеспечивает быстрые структурные преобразования: одни предприятия закрываются, другие открываются, люди находят себе новые рабочие места. Но это идеальная ситуация. На самом деле инфляция обычно импортируется гораздо быстрее, чем происходят такие изменения.
Чтобы стимулировать инновационную деятельность, необходимо внедрить несколько крупных программ. Скажем, государство, по примеру России, может инициировать ряд крупных инновационных проектов. Но для начала нужно создать условия, при которых прибыль можно получать только за счет капитализации. То есть устранить возможности получения прибыли за счет приближенности к государственным ресурсам, монопольного контроля рынка, нелегальной деятельности, неуплаты налогов. Тогда бизнес столкнется с жесткой конкуренцией и ему придется заниматься инновациями. То, что к инновациям побуждает именно конкуренция, подтверждает выход крупных компаний на международные рынки. Почувствовав их давление, эти предприятия стали много вкладывать в модернизацию.
Нужна национальная инновационная система, способная адекватно реагировать на современные вызовы. Однако, как утверждают международные эксперты, прообразов такой системы пока нет ни в одной стране с переходной экономикой. Поэтому строить ее необходимо общими усилиями государства, бизнеса и граждан на основании того, что уже разработала наша наука.
— Каковы позитивные стороны импортируемой инфляции?
— К примеру, энергетическая отрасль. При дешевом газе никто не говорил об энергосбережении. Но стоило ценам на него поползти вверх, мгновенно встал вопрос об энергосберегающих технологиях, утеплении окон, домов. Продовольственная инфляция несет в себе скорее негатив. Попытки удовлетворить внутренний спрос за счет импорта истощают экономику. В Венгрии был период, когда увеличение доходов граждан и повышение цен привели к росту потребительского импорта. Теперь эта страна вынуждена идти на сознательное снижение уровня жизни населения, чтобы выбраться из созданной ловушки (сократить дефицит бюджета и государственный долг. — «Эксперт»). У нас совокупные внешние долги государства и корпоративного сектора тоже стремительно увеличиваются и приближаются к опасному порогу.
С другой стороны, российские сельхозпроизводители, ориентируясь на повышение внутренних цен, строили фермы, завозили крупный рогатый скот, чтобы насытить внутренний рынок собственными товарами. У Украины такая возможность тоже есть. Но насколько мы сможем этим воспользоваться, говорить пока сложно. Нам не известно содержание соглашений, подписанных в рамках вступления во Всемирную торговую организацию, и предусмотренного ими уровня тарифной защиты. Возможно, эти соглашения позволяют хотя бы временно возвести какие-то барьеры. Ведь полная открытость — приходи и делай что хочешь — лозунг не для нашего времени, когда повсеместно существует недобросовестная конкуренция.
Динамика показателей монетизации экономики и инфляции в Украине
— Какой характер носит нынешняя инфляция в Украине — это инфляция издержек или спроса?
— Больше все-таки инфляция издержек, хотя инфляция спроса также присутствует. Причем она удивительная. С одной стороны, темпы роста денежной базы и денежной массы не угрожающие. Но денежное предложение увеличивается за счет нефакторного дохода — в страну приходят крупные заимствования, которые затем растекаются по потребительскому рынку. Вообще у нынешнего ускорения инфляции много авторов. Национальный банк, Антимонопольный комитет, Министерство финансов внесли свою лепту разговорами о том, что они сделали и чего не сделали, политики постарались в период выборов, банки и корпорации — выйдя на рынки внешних заимствований. Причем наблюдается «эффект безбилетника» в трамвае — все надеются, что заплатят другие.
— Эффективно ли в таком случае бороться с повышением цен и изменением обменного курса?
— Нет, если укреплять гривню так, как в 2005 году. Ревальвацией мы тогда добились снижения цен на внутреннем рынке. За кадром остались потери национальных производителей и увеличение импорта. Поэтому просто так, в лоб, как мы делали это раньше, менять курс нельзя. Нужна гибкая политика, предусматривающая определенные отклонения и влево, и вправо. Товаропроизводителю необходимо быть готовым к любой ситуации: и к курсу 4,95, и 5,15 гривни за доллар. При этом курсовой коридор надо устанавливать только с учетом прогнозов инфляции, платежного баланса, золотовалютных резервов и так далее.
— Является ли неизбежным переход от курсового якоря к ценовому, то есть инфляционному таргетированию?
— Да. Вопрос в том, насколько быстро мы создадим условия для этого. Нужно иметь в виду, что инфляционное таргетирование — не просто технология расчетов, это серьезная смена экономической политики. Должны быть готовы все: не только Национальный банк, но и субъекты хозяйствования. Прежде всего необходимо понимать, что в условиях такого монетарного режима импортированная инфляция издержек преобладать не может. Как только повышение цен станет результатом нашей внутренней экономической политики, можно будет переходить к инфляционному таргетированию. Но пока мы зависим от импортированной инфляции издержек, поэтому нужно быть осторожными. Достаточно сделать этот шаг — и денежное предложение придется ужимать настолько, что экономика останется без кредитных ресурсов.
— Какие шаги необходимо предпринять правительству и Нацбанку, чтобы обеспечить наименее болезненный переход к инфляционному таргетированию?
— Задача Национального банка — обеспечить технологию, дело правительства — создать сбалансированный бюджет и разумное сочетание инвестиционной и социальной политики. Доходы населения должны зависеть от производительности труда, а не наоборот. В первую очередь, государство само не должно провоцировать необоснованный рост доходов.
— Как вы оцениваете нынешние попытки борьбы с инфляцией? Нацбанк пытается ограничивать рост денежной массы, Антимонопольный комитет устраивает публичные порки региональным монополистам, Кабинет министров обещает ограничить экспорт…
— Каждый делает то, что может. Но единого стержня в этих действиях нет. Хотя все необходимо собрать в одну систему.
— Инфляционное таргетирование может стать таким стержнем? Пару лет назад Кабмин и Нацбанк собирались подписать меморандум о совместных действиях по сдерживанию повышения цен.
— Я как председатель Совета Национального банка был к этому причастен. От имени Совета мы рекомендовали правлению принять участие в этом меморандуме. В том-то и трагедия, что в стране нет системы принятия и реализации таких стратегически важных решений, как борьба с инфляцией. Естественно, монетарная политика — наиболее быстрый способ повлиять на ситуацию. Но таким образом можно увеличить цену денег и обеспечить сокращение производства.
Насколько нужен этот меморандум сегодня, сказать сложно. Мы не знаем, какие меры предпримет новое правительство. Действия Кабмина и Национального банка необходимо четко регламентировать. Покойный Вадим Гетьман (бывший глава НБУ. — «Эксперт») говорил, что было бы неплохо, если бы министр финансов и председатель центрального банка раз в неделю обедали вместе и обсуждали проблемы страны. Это тоже стало бы своеобразным стержнем, с которого можно многое начать и реализовать на деле.
— Как вы оцениваете проект госбюджета-2008?
— Меня волнует логика главного финансового документа страны, а не его конкретные цифры. У нас логика бюджетного процесса то и дело ломается. То мы открываем специальные экономические зоны, то отказываемся от них. Вместо того чтобы сделать эти зоны «выгодными невестами», построив инфраструктуру, государство через льготы сделало их черными дырами для контрабанды. Вот вам пример поломанной логики.
— Нужно ли нам долгосрочное бюджетное планирование?
— Долгосрочное планирование — это стратегия, и жить без нее невозможно. Перед нами много вызовов: в энергетической сфере, экологии, климате, техногенной нагрузке на экономику, пенсионной реформе, которую по отдельным составляющим нужно просчитать на пятьдесят лет вперед. Конечно,эти проблемы необходимо видеть и прогнозировать их развитие. Под стратегию разрабатываются соответствующие прогнозы, под прогнозы — программы.
Автор: Виктория Ковалева
|
|
Investfunds - Россия 
Investfunds - Казахстан
